назад

для получения полной  электронной версии контактный телефон 0772 66 07 68

Диплом: Бюджет местного самоуправления

Оглавление:

 

 

 

Введение. 2

Глава 1. Правовая база местного самоуправления в Кыргызской Республике  4

1.1. Краткое описание ситуации в сфере законодательства, регулирующего вопросы местного самоуправления. 4

1.2 Совершенствование правовой базы местного самоуправления. 20

Глава 2. Местное самоуправление в Кыргызстане. 26

2.1. Местное самоуправление. 26

2.2. Государственная поддержка местного самоуправления. 39

Глава 3. Анализ бюджета местного самоуправления. 49

Заключение. 50

Список использованной литературы.. 52

Введение

В Кыргызстане существует комплекс проблем, порожденных несовершенством системы разграничения полномочий не только между органами государствен­ной власти различных уровней, но и между ними и местным самоуправлени­ем. В данной связи можно напомнить, в частности, об устойчивом конфлик­те по линии "мэр столичного города — губернатор в области". Кро­ме того, неопределенность компетенции органов государственной власти и местного самоуправления препятствует полноценному выполнению ими сво­их функций и обуславливает размытость ответственности перед населением (со всеми вытекающими отсюда последствиями).

Разграничение полномочий неразрывно сопряжено с проблемой структуры власти. Следует отметить, что отнюдь не всякая сильная властная вертикаль представляет собой иерархическую соподчиненность. В условиях демократического государства она характеризуется, прежде всего, четким разведением функций и компетенции между иерархически не соподчиненными, самостоятельными и ответственными перед населением уровнями власти.

Выстраивание эффективной системы отношений предпола­гает, с одной стороны, укрепление местного самоуправления, с другой, введение действенного контроля за его органами и структурами. Игнорирование второго из этих требований приводит к перекосу — власть концентрируется на локальном уровне, а такая модель крайне неустойчива.

Наиболее общие принципы распределения компетенции между уровнями государственной власти и управления предполагают, что в ведении Центра находятся вопросы, связанные с защитой прав и свобод граж­дан, с интересами общества в целом. К предмету ведения областей Кыргызстана относятся более частные, однако, не менее важные вопросы конкретных форм реализации гарантированных Центром принципов. Муниципальный же уровень призван предоставлять населению услуги, которые являются произ­водными от прав и свобод, закрепленных на государственном и областных уровнях. Применительно к вопросу о законодательном регулировании мест­ного самоуправления это означает, что гос. аппарат Кыргызстана должен прежде всего гарантировать само развитие этого института, его правовое, экономи­ческое и иное обеспечение.

При решении проблем распределения компетенции крайне важно учиты­вать, что в нынешних условиях возможности использования у нас любой мо­дели ограничены, с одной стороны, стремительными темпами изменений об­щества в целом, а с другой — различиями в скорости преобразований его со­ставных частей. Кроме того, постоянная нехватка средств не позволяет говорить о созда­нии оптимальной модели местного самоуправления. Можно вести лишь речь о том, чтобы с учетом дифференциации регионов и муниципальных образова­ний по налоговому потенциалу сформировать устойчивую систему, стимули­рующую бесконфликтное поступательное развитие страны1.

Отсюда следует, что тема дипломной работы «Бюджет местного самоуправления» актуальна для изучения.

Глава 1. Правовая база местного самоуправления в Кыргызской Республике

1.1. Краткое описание ситуации в сфере законодательства, регулирующего вопросы местного самоуправления

Кыргызстан, провозгласив в 1991 году государственную независимость, продекларировал свое стремление раз­виваться как социально ориентированное демократическое государство с рыночной экономикой. Это полити­ческое намерение зафиксировано в основном законе государства - Конституции Кыргызской Республики, име­ющем высшую юридическую силу над другими законодательными актами. В Конституции республики местному самоуправлению отведена отдельная глава, которая называется «Местное самоуправление». Кроме того, основы местного самоуправления устанавливаются в статьях 1,4 и 7 Конституции. Таким образом, Кыргызстан придер­живается рекомендаций Европейской хартии по местному самоуправлению, согласно которой местное самоуп­равление, по возможности, должно быть закреплено в конституции страны.

Учитывая, что формирование местного самоуправления, укрепление организационно-правовых, экономических и финансово-бюджетных основ территориальной автономии являются основными направлениями развития го­сударства по демократической стезе, еще до провозглашения государственного суверенитета Кыргызстан, в котором исторически активно развивались демократические тенденции, 19 апреля 1991 года принял Закон «О местном самоуправлении в Республике Кыргызстан».

Закон впервые ликвидировал вертикальную зависимость местных советов от политической воли представитель­ных органов власти вышестоящих территориальных уровней и, в первую очередь, от Верховного Совета Респуб­лики Кыргызстан, как тогда назывался парламент республики.

Однако вскоре после этого, благодаря ряду объективных и субъективных причин, этот закон был подвергнут серьезной ревизии, и в новой редакции, утвержденной парламентом страны, он уже назывался Законом «О местном самоуправлении и местной государственной администрации в Республике Кыргызстан». В результате на начальном этапе развития кыргызской демократии местным советам так и не удалось обрести всю полноту власти на местах, так как исполнительную власть, как известно являющуюся наиболее емкой, мощной и всепог­лощающей властью, в себе сосредоточили местные государственные администрации. А они, согласно Конститу­ции, являются органами государственной исполнительной власти.

Одна из основных причин создания такого органа, как местная государственная администрация, заключалась в попытке центральных властей не допустить развития центробежных сил на раннем этапе становления неокреп­шей кыргызской государственности, подобных тем, которые привели к распаду СССР. Именно такую мотивацию действий кыргызских реформаторов ряд экспертов усматривает в качестве причины «отката» реформы местного самоуправления на ее первоначальном этапе.

Практически с момента создания института местной государственной администрации, которое было законода­тельно закреплено 4 марта 1992 года, вплоть до 1994 года не предпринималось почти никаких усилий по даль­нейшей децентрализации власти.

Эта ситуация изменилась лишь в августе 1994 года, когда была образована комиссия по реформе местного самоуправления в Кыргызской Республике. На комиссию возлагались большие надежды на формирование новой идеологии в сфере местного самоуправления, потребность в выработке которой остро ощущалась на тот момент времени. В состав комиссии вошло значительное число лиц, подобранных, главным образом, по институциональному принципу. В основном, это были представители центральных и местных органов власти, а также лица, обладающие определенным опытом работы в органах государственной власти и местного само­управления.

Логично было бы ожидать от этой комиссии разработки нового прогрессивного закона о местном самоуправле­нии, в котором были бы отражены и развиты основные положения Конституции, относящиеся к этой сфере. Однако, к большому сожалению, комиссия не сосредоточилась на разработке нового варианта закона, более отвечающего современным реалиям Кыргызстана, а ограничилась лишь разработкой Положения, регламентирующего основы организации местного самоуправления в Кыргызской Республике и утвержденного Указом Пре­зидента Кыргызской Республики от 22 сентября 1994 года.

Несмотря на прогрессивность идей, содержащихся в этом правовом документе, хорошо согласующихся с обще­признанными мировыми нормами местного самоуправления и предполагающими широкую политическую, ад­министративную и финансовую автономию самоуправления посредством провозглашения таких узловых прин­ципов, как самообеспечение, саморегулирование и самофинансирование, именно Положение «Об основах орга­низации местного самоуправления в Кыргызской Республике» и стало главной причиной того, что в будущем законодательстве накапливалось все больше внутренних противоречий1.

Суть вопроса заключается в том, что Положение стало хронологически вторым правовым базовым концептуаль­ным документом после Закона «О местном самоуправлении и местной государственной администрации в Рес­публике Кыргызстан». Причем постулаты, установленные в Положении, в своей идеологии значительно расходи­лись с началами местного самоуправления, установленными названным Законом.

Если в Положении основном носителем права местного самоуправления, как и в Конституции, являются местные сообщества, на чем и основывалась концепция этого документа, а само самоуправление действует на прин­ципах саморегулирования, самофинансирования и самообеспечения, то действующим Законом «О местном са­моуправлении и местной государственной администрации» местная власть делилась на две неорганичные со­ставляющие. Первая составляющая - местное самоуправление, действующее, в основном, в форме представи­тельной власти. Вторая составляющая - местное государственное управление в форме государственной испол­нительной власти. Естественно, что эти два подхода, изложенные в Законе и Положении, совместить было не­возможно, так как оба они задавали разные границы компетенции местного самоуправления.

Так как с момента принятия Положения по настоящее время местное самоуправление, в основном, развивались путем принятия указов Президента, основанных на постулатах Конституции и Положении «Об основах организации местного самоуправления в Кыргызской Республике», а устаревающий Закон «О местном самоуправлении и местной государственной администрации в Республике Кыргызстан» так и не утратил юридической силы, за прошедшее семилетие во многих принимаемых нормативных правовых актах накопилось значительное количе­ство внутренних противоречий, затрудняющих дальнейший ход децентрализации власти.

В то же время противоречия этой природы являются не единственными в сфере законодательства Кыргызстана по местному самоуправлению. Анализ выявил также группу законодательных противоречий совершенно другого характера, связанных с тем, что многие принимаемые законы учитывали ведомственные и отраслевые интересы отдельных министерств и других центральных органов власти. В результате чего некоторые из них также поро­дили большое количество противоречий с базовым законодательством, регулирующим сферу местного самоуп­равления, причем противоречий, направленных на усиление позиций министерств и административных ведомств и ослабление позиции местного самоуправления. Например, Закон «О нотариате», с принятием которого в 1999 году из аильного бюджета исчезла такая доходная статья, как удостоверение сделок по отчуждению домовладе­ний. До 1999 года эти нотариальные действия в населенных пунктах, где отсутствовали нотариусы, выполнили представители исполнительной власти.

Еще одной существенной проблемой местного самоуправления является неполнота и неоднозначность за­конодательного регулирования вопросов его организации и деятельности. Особенно в части законодатель­ства, регулирующего отношения, возникающие в сфере владения, пользования и распоряжения коммуналь­ной собственностью, являющейся, как известно, одной из важнейших экономических основ местного само­управления.

Анализируя причины неоднозначной ситуации, сложившейся в сфере законодательства по местному самоуправлению следует отметить, что во многом они заключаются в закрытости процесса законотворчества, со­средоточении законодательных инициатив в крайне узкой и не раскрывающей своих целей деятельности группе лиц. Вместе с тем разработка законодательства, представляющего собой гармоничный свод законов и подза­конных актов, регулирующих деятельность органов местного самоуправления, невозможна без открытого диалога всех заинтересованных сторон - как государства, так и органов местного самоуправления. Такой подход позволяет всесторонне, системно подойти к вопросу нормотворчества в сфере местного самоуправления, и это тем более важно, что у нас существует значительное количество разночтений в системе законодательства.

Прошедшие «круглые столы» и конференция подтвердили тот факт, что в обществе есть большое количество людей, которые заинтересованы в дальнейшем развитии правовой базы по местному самоуправлению и готовы для этого внести свои идеи, предложения и замечания, но «закрытость» процесса реформы не позволяет им реализовать свой потенциал.

В то же время еще раз подтвердилось и то, что многие из лиц, желающих участвовать в процессе законодательных инициатив по местному самоуправлению, не имеют для этого необходимых знаний и навыков. Эта двоякая ситуация вызывает необходимость не только в расширении круга участников законотворческого процесса, но и в развитии образовательного процесса в сфере местного самоуправления.

Настоятельно ощущается и потребность в формировании такой отрасли кыргызского права, как муниципальное право, которое в настоящее время находится в республике в зачаточном состоянии1.

 

Краткая характеристика основных нормативных правовых актов по местному самоуправлению

Законодательство Кыргызской Республики, регулирующее сферу местного самоуправления, представляет со­бой свод нормативных правовых актов, различных по юридической силе.

Главным законодательным актом, регулирующим основы организации местного самоуправления, является Кон­ституция Кыргызской Республики, принятая 5 мая 1993 года.

Однако за более чем восьмилетний период своего существования Конституция претерпела ряд изменений, ко­торые были внесены в Основной закон государства по результатам референдумов, состоявшихся 10 февраля 1996 года и 17 октября 1998 года. Оба раза эти изменения касались и местного самоуправления.

Изменения подчас носили радикальный характер. Так, в своей первоначальной редакции Конституция устанавливала, что государственная власть в Кыргызской Республике основывается на принципе разделения государ­ственной власти и местного самоуправления. Во второй редакции Конституции (по результатам всенародного референдума 1996 года) уже указывалось, что государственная власть в Кыргызстане основывается на принципе разграничения функций государственной власти и местного самоуправления.

В чем разница этих двух подходов? Первый из них характерен для стран с федеральной системой государствен­ного устройства, при которой как субъектам федерации, так и местным самоуправляемым территориям дается большая свобода действий в осуществлении власти. Второй подход органичен для устройства территориального управления в странах с унитарной формой государственного устройства.

Учитывая, что Кыргызская Республика является унитарным государством, для Кыргызстана более приемлем второй подход к принципу определения взаимоотношений государственной власти и местного самоуправле­ния. Кроме того, причина перехода к такому принципу государственной власти основывается на осознанном стремлении государства упорядочить свои отношения с системой местного самоуправления, четко опреде­лив вопросы местного значения, а также сферу делегированных государственных полномочий, по выполне­нию которых органы местного самоуправления подотчетны не перед населением, а перед органами государственной власти.

Во время проведения конференции по теме «Гармонизация законодательства Кыргызской Республики в сфере местного самоуправления», подготовленной Ассоциацией городов, этот вопрос поднимался довольно часто и на него не было дано однозначного ответа, так как в разных государствах системы местного самоуправления могут различаться в силу политических, национальных, социо-культурных и самоуправленческих традиций.

Однако в связи с этим следует отметить, что ни в первом случае (в период функционирования Конституции в первой редакции, то есть с 1993 по 1996 год), ни во втором (с 1996 года по настоящее время) добиться полной реализации продекларированных принципов устройства государственной власти не удалось. Это наглядно пока­зывает анализ всех нормативных правовых актов по местному самоуправлению, в которых отсутствует четкое определение вопросов собственной компетенции местного самоуправления на различных территориальных уров­нях функциональных взаимоотношений, а также нет ясности, что же следует понимать под делегированными государственными полномочиями и какой характер они должны носить.

В этой связи необходимо добиваться реализации заложенного в статье 7 Основного закона страны принципа разграничения функций государственной власти и местного самоуправления. На это указывало большинство участников как конференции, так и «круглых столов», посвященных гармонизации законодательства Кыргызс­кой Республики в сфере местного самоуправления.

Важным отличием содержания Конституции во второй ее редакции является то, что в ней появилось определе­ние источника права местного самоуправления. Если в части 3 статьи 1 Конституции единственным источником государственной власти признается народ Кыргызстана, то в статье 91 Конституции устанавливается, что мест­ное самоуправление в Кыргызской Республике осуществляется местными сообществами. Это формирует прин­ципиально иной концептуальный подход к идее местного самоуправления и создает конституционную основу для реализации права местных сообществ на самоуправление.

Во второй редакции Конституции появились такие важные нововведения, как законодательное закрепление понятий «коммунальная собственность» и «делегированные государственные полномочия». В то же время поня­тие «коммунальная собственность» было введено лишь в статье 92, предоставляющей возможность органам местного самоуправления права владения, пользования и распоряжения коммунальной собственностью, тогда как в статье 4, определяющей общие принципы и устанавливающей формы собственности в Кыргызской Рес­публике, коммунальной собственности как равноправной с другими формами собственности (государственная и местная) не было. В связи с этим понятие коммунальной собственности трактовалось неоднозначно. В основном, применялась трактовка коммунальной собственности, данная в Законе «О местном самоуправлении и местной государственной администрации в Республике Кыргызстан» еще в 1991 году, которая, опираясь на статью 4 Конституции, где не оговаривалась коммунальная собственность, рассматривала ее как часть государственной собственности. Неоднозначной была трактовка и в Гражданском кодексе Кыргызской Республики от 8 мая 1996 года, которая в соответствии с статьей 223 не относила органы местного самоуправления и коммуналь­ную собственность к субъектам права собственности, однако в статье 227 рассматривать коммунальную соб­ственность как самостоятельный институт собственности.

Лишь по итогам всенародного референдума, состоявшегося 17 октября 1998 года, коммунальная собственность как самостоятельная форма собственности была признана и закреплена в статье 4 Конституции в качестве рав­ноправной наряду с государственной, частной и иными формами собственности.

При этом в базовый Закон о местном самоуправлении не было внесено соответствующих изменений, что до сих пор приводит к правовым казусам на практике.

Говоря об изменениях, внесенных в Конституцию по итогам референдума 1998 года, следует отметить факт распространения коммунальной собственности на землю, что создает конституционную гарантию на последую­щее построение развитого местного самоуправления, в том число и в сфере земельных отношений.

Вторым по приоритетности, хотя и хронологически первым, законодательным актом по местному самоуправле­нию является Закон «О местном самоуправлении и местной государственной администрации в Республике Кыр­гызстан», принятый еще 19 апреля 1991 года, то есть до провозглашения Кыргызстаном государственного суве­ренитета.

Органам местного самоуправления - местным кенешам - оставались лишь функции представительной власти, обозначенной в Конституции и базовом законе о местном самоуправ­лении (утверждение программ социально-экономического развития территорий и программ социальной защи­ты населения, контроль за их исполнением, введение местных налогов и сборов и т.д.), за исключением сель­ской местности и городов районного подчинения, где председателям местных кенешей согласно статье 24 Закона вменялось в обязанности осуществлять исполнительно-распорядительные функции на соответствую­щей территории, а также было предоставлено право обладать присущими местной государственной админис­трации полномочиями.

В то же время, несмотря на частые изменения, Закон «О местном самоуправлении и местной государственной администрации в Республике Кыргызстан» в настоящее время значительно отстал от практических изменений в системе местной власти. В нем отсутствуют даже упоминания о таких, уже прочно вошедших в практику власти, органах местного самоуправления, как мэрия, городская управа и айыл окмоту.

Третьими по приоритетности в системе нормативных правовых актов, регулирующих вопросы организации мес­тного самоуправления, являются указы Президента Кыргызской Республики. Таких указов к настоящему време­ни издано около тридцати.

Хронологически первыми в их ряду стали указы «О реформе местного самоуправления в Кыргызской Республи­ке» от 18 августа 1994 года, «О составе Комиссии по реформе местного самоуправления» от 22 августа 1994 года, «Об утверждении Положения «Об основах организации местного самоуправления в Кыргызской Республи­ке» от 22 сентября 1994 года, «Об утверждении Положения «О выборах депутатов местных кенешей первичного уровня Кыргызской Республики» от 22 сентября 1994 года, «О назначении выборов в представительные органы местного самоуправления районов и областей Кыргызской Республики» от 9 декабря 1994 года.

Указы, а в особенности утвержденное Указом Президента от 22 сентября 1994 года Положение об основах органи­зации местного самоуправления в Кыргызской Республике, задали принципиально отличную от Закона «О местном самоуправлении и местной государственной администрации в Республике Кыргызстан» концепцию местного самоуправления, направленную на создание интегрированной модели последнего, включающей не только представи­тельную, но и исполнительнее ипостась, что выражалось в принятии в качестве основообразующих постулатов местного самоуправления принципов саморегулирования, самофинансирования, самообеспечения.

Однако, как и многие первые концепции самоуправления, относящиеся к периоду так называемого политичес­кого романтизма, эти правовые документы во многом ставили не совсем реальные цели, которые не в полной мере реализованы на практике и по сей день. Так, например, в Указе «О реформе местного самоуправления в Кыргызской Республике» от 18 августа 1994 году сказано следующее:

«Демократическая реформа местного самоуправления в соответствии с требованиями Конституции Кыргызской Республики не терпит отлагательства, вместе с тем предлагает взвешенность, осмотрительность, сохранение преемственности в восприятии положительного опыта и недопущение политической дестабилизации в респуб­лике. Ее целесообразно провести в два этапа.

Первый этап должен включать в себя реформу на уровне местных сообществ, аилов (сел), поселков и городов - по месту постоянного жительства и повседневной жизни населения. Его следует провести безотлагательно – в течение двух-трех месяцев.

Поскольку местное самоуправление на уровне районов, областей и города Бишкека осуществляется на основе объединений местных сообществ и производно от них, вопросы его реорганизации могут быть решены только после формирования местного самоуправления на базовом уровне. Этот, второй, этап реформы должен занять примерю полгода».

Очевидно, что ни первая, ни вторая задача, поставленные в этом концептуальном документе, полностью не реализованы до сих пор.

Первые серьезные практические действия начались с принятием указов Президента «О главах местного самоуп­равления городов Бишкека и Оша» от 15 декабря 1994 года и «Об утверждении Положения о выборах глав местного самоуправления городов Бишкека и Оша» от 2 января 1995 года. В соответствии с этими указами 5 февраля 1995 года состоялись первые прямые выборы глав местного самоуправления названных городов. Впоследствии перевод на местное самоуправление города Оша был отложен, так как выборы мэра города там были признаны несостоявшимися.

Хронологически следующими стали Указ Президента Кыргызской Республики «Об утверждении Временного положения о районных и областных кенешах Кыргызской Республики» от 5 января 1995 года и «О первоочеред­ных мерах по организации местного самоуправления города Бишкека» от 4 июля 1995 года.

Далее практические действия по реформированию системы местного самоуправления приостановились более чем на год и возобновились лишь в марте следующего года, когда был принят Указ главы государства «О мерах по повышению роли и ответственности глав местных государственных администраций и местного самоуправления» от 20 марта 1996 года, которым главам областных государственных администраций был придан статус губернаторов, а в сельской местности был образован исполнительно-распорядительный орган местного самоуправления при местных кенешах – айыл окмоту (сельская управа).

В 1996 году был также принят Указ «О мерах по дальнейшему совершенствованию местного самоуправления в Кыргызской Республике» от 24 октября 1996 года, которым был утвержден примерный устав местного сообще­ства аила и поселка.

12 мая 1997 года был принят следующий этапный Указ Президента «О Программе государственной поддержки местного самоуправления и Основных направлениях реформы местного самоуправления в КР» от 12 мая 1997 года, которым было утверждено соответствующее постановление Правительства республики.

Через год состоялся перевод на местное самоуправление городов районного подчинения Указом Президента «Об организации местного самоуправления в городах районного подчинения Кыргызской Республики» от 23 июня 1998 года. На тот момент городов районного подчинения было семь: Кант, Кара-Балта, Кара-Суу, Узген, Чолпон-Ата, Шопоков и Нарын. Остальные пять городов районного подчинения - Токмок, Исфана, Баткен, Кара-Кол, Кок-Жангак - были переведены на местное самоуправление по мере придания им законами статуса городов в составе района.

Одновременно с этим Указом был принят Указ «О некоторых организационно-правовых вопросах деятельности местных кенешей Кыргызской Республики» от 23 июня 1998 года, которым утверждалось Временное положение о статусе депутата местного кенеша, так как в тот период старый Закон «О статусе депутатов местных советов Киргизской ССР» утратил силу, а новый Закон «О статусе депутатов местных кенешей Кыргызской Республики» еще не был принят.

Далее был принят еще ряд указов Президента, важнейшими из которых являются указы «О дальнейшем разви­тии местного самоуправления в Кыргызской Республике» от 2 августа 1999 года, «Об утверждении Временного положения о пилотных выборах глав местного самоуправления сел и городов районного подчинения КР» от 17 января 2001 года «О мерах по повышению роли народных курултаев представителей местных сообществ Кыргызской Республики в управлении делами местного значения» от 2 мая 2001 года, «Об основах организации местного самоуправления в городах областного подчинения» от 2 мая 2001 года.

К сожалению, после принятия всех этих указов так и не были внесены соответствующие поправки в базовый закон о местном самоуправлении, что стало причиной усиления внутренних противоречий в системе норматив­ных правовых актов по местному самоуправлению.

К числу нормативных правовых актов по самоуправлению также следует отнести некоторые положения кодексов (Гражданский и Земельный кодексы, Кодекс о выборах в Кыргызской Республике, Налоговый кодекс и др.), законов, регулирующих отдельные сферы местного самоуправления, а также распоряжения Президента, поста­новления Правительства и ведомственные инструкции.

В целом, характеризуя всю систему законодательных актов по местному самоуправлению как по содержанию, так и по правоприменению, следует выделить следующие характеристики нормативно-правовой базы Кыргызской Республики в сфере местного самоуправления.

1. Внутренняя несогласованность и бессистемность законодательства о местом самоуправлении.

Это вызвано тем, что ряд действующих нормативных правовых актов, в первую очередь, принятых до вступления в силу действующей Конституции Кыргызской Республики, содержит положения, не соответствую­щие конституционно закрепленной концепции местного самоуправления, в то же время в значительном количе­стве отраслевых законов и иных нормативно-правовых актов, регулирующих отдельные вопросы осуществления местного самоуправления, содержатся разночтения и расхождения.

2. Неполнота и неоднозначность законодательного регулирования вопросов организации и де­ятельности местного самоуправления.

Нормами Конституции Кыргызской Республики и принятых к настоящему времени нормативных правовых актов не исчерпывается необходимое правовое обеспечение организации и деятельности местного самоуправления. Серьезные трудности в практической деятельности органов местного самоуправления вызывает неоднознач­ность в понимании отдельных норм.

3. Несоблюдение законодательства о местном самоуправлении, в том числе:

• невыполнение установленных норм в сфере местного самоуправления органами и должностными лицами государственной власти и местного самоуправления, юридическими лицами, гражданами;

• принятие актов, противоречащих законодательству Кыргызской Республики.

4. Отсутствие в законодательстве четкого правового разграничения полномочий между орга­нами государственной власти и органами местного самоуправления.

Это препятствует эффективному решению ряда важнейших вопросов деятельности органов местного самоуп­равления, в том числе вопроса надлежащей реализации конституционной нормы о возможности наделения ор­ганов местного самоуправления отдельными государственными полномочиями с передачей необходимых для ее осуществления материальных, финансовых и иных средств.

5.   Законодательная нерешенность проблемы обеспечения финансово-экономической само­стоятельности местных сообществ.

Это включает в себя большой комплекс вопросов, которые должны быть решены как на государственном, так и на местном уровнях власти. В их числе - проблема формирования, управления и распоряжения коммунальной собственностью, совершенствование взаимоотношений между республиканским и местными бюджетами, а так­же внутри системы местных бюджетов.

В связи с этим возникает, по меньшей мере, пять вариантов действий, которые следует осуществить по исправ­лению существующего положения.

Первый вариант. Внести технические изменения в существующие правовые акты по местному самоуправле­нию.

Достоинства варианта: при этом будет усовершенствовано законодательство в сфере местного самоуправления.

Недостатки варианта: улучшение законодательства без совершенствования процедур законотворчества и вве­дения института мониторинга законодательства в сфере местного самоуправления даст только кратковремен­ное улучшение правовой базы. В дальнейшем ситуация может повториться.

Второй вариант. Усовершенствовать процедуру законотворчества.

При этом есть вероятность того, что законодательные акты будут приниматься с учетом общего контекста суще­ствующей правовой базы по местному самоуправлению.

Третий вариант. Ввести институт общественною мониторинга законотворчества.

Это помогло бы систематически отслеживать процесс накопления противоречий в законодательстве и вовремя сигнализировать соответствующим государственным органам.

Четвертый вариант. Продумать механизмы участия органов местного самоуправления, на которые ориенти­ровано муниципальное законодательство, в процессе законотворчества.

Это помогло бы формировать правовую базу по местному самоуправлению с учетом реальных, а не вычисленным кабинетом способом, запросов местного самоуправления.

Пятый вариант. Ничего не предпринимать и предоставить дело случаю. Однако при выборе этого варианта законодательная база может до того «запутаться», что через несколько лет работать органам местного самоуп­равления будет очень трудно.

Возможно также одновременное осуществление действий по нескольким из предлагаемых вариантов.

1.2 Совершенствование правовой базы местного самоуправления

Всего без малого десять лет назад на политической карте мира появилось новое суверенное государство - Кыргызская Республика. За этот сравнительно небольшой промежуток времени, несмотря на объективные трудности переходного периода, нам удалось добиться заметных успехов в становлении нашего суверенитета, который признан большинством стран мира, и утвердился среди стран мирового содружества в качестве государства, прочно взявшего курс на демократизацию государственного управления, экономическую либерализацию и социально ориентированное развитие.


 

1 Брудный А., Койчубаев Т. «Кыргызстан: третий путь» - Б., 1993., с.21.

 

1 Акаев А. «Памятное десятилетие». - Б., 2001., с.143.

 

1 Брудный А., Койчубаев Т. «Кыргызстан: третий путь» - Б., 1993., с.73.